Представьте себе зал. Тяжелый бархатный занавес, запах старого дерева, духов «Шанель №5» и терпкого виски. На столике горит свеча в высоком подсвечнике. Выходит женщина. Она в длинных черных перчатках до локтя, корсете, утягивающем талию до осиной, и с загадочной полуулыбкой, обещающей ровно столько, сколько вы сами готовы вообразить.
Что это? Кабаре? Бурлеск?
На первый взгляд, разница между этими двумя явлениями кажется такой же зыбкой, как дым от сигареты в полутьме. И там, и там - эротика, там и там - музыка, там и там - женщины (и мужчины), сбрасывающие одежды. Однако для посвящённого эти два мира так же далеки друг от друга, как оперный театр и стендап-клуб. У них разная анатомия, разная история и разная цель.
Сегодня мы снимем с этих искусств не один слой одежды (куда же без этого), чтобы понять главное: чем же на самом деле бурлеск отличается от кабаре.
Анатомия жанра: где родилась звезда
Чтобы понять разницу, чем бурлеск отличается от кабаре нужно совершить экскурс в прошлое. Ошибка многих зрителей в том, что они считают оба жанра «французскими». Но если кабаре действительно пустило корни в парижской богеме, то бурлеск чистокровный американец, хотя и с европейскими родителями.
Кабаре дитя литературных и художественных кафе. Слово cabaret переводится как «трактир». Изначально это было место, где поэты, музыканты и художники собирались, чтобы не только выпить, но и высказаться. Первое легендарное кабаре «Черный кот» (Le Chat Noir) в Парице 1880-х годов скорее интеллектуальный клуб, где под аккомпанемент фортепиано читали стихи, показывали сатирические скетчи и только иногда танцевали. Кабаре всегда про синтез: здесь есть конферансье, номера сменяют друг друга, как страницы журнала. Здесь может быть трагедия, фарс, политическая сатира и чувственный танец живота - и всё это за один вечер.
Бурлеск же (от итал. burla - шутка) родился в мюзик-холлах и варьете США и Англии как пародия на высокое искусство. Если в 1860-х годах в Лондоне ставили серьезные оперы и драмы, то бурлеск высмеивал их пафос. Но настоящую революцию он совершил, когда сместил фокус с текста на тело. К началу XX века бурлеск стал тем, что мы знаем сейчас: это искусство стриптиза, но стриптиза интеллектуального, где процесс раздевания важнее результата, а юмор стоит выше обнаженной натуры.
Смыслы: Ирония против Эскапизма
Если попытаться сформулировать главное философское различие, то оно будет звучать так:
Кабаре сцена жизни. Бурлеск жизнь ради сцены.
Кабаре (в его классическом понимании) всегда стремится создать иллюзию запретного плода, роскоши и порока. Это мир «Богемы», мир, где можно забыть о серых буднях. Даже в самых откровенных номерах кабаре (вспомним легендарное Crazy Horse или Moulin Rouge) сохраняется дистанция: артистка недосягаемая богиня, живущая в мире глиттера, перьев и высокого гламура. Кабаре эскапизм. Зритель приходит смотреть на красоту, которая находится на пьедестале.
Бурлеск абсолютно противоположная эстетика. Бурлеск про смех над пьедесталом. Он возник как насмешка над викторианской моралью и над мужским доминированием. Если в кабаре зритель говорит: «Какая красивая женщина», то бурлеск провоцирует: «Ого, да она сейчас вытворит что-то невероятное!».
В бурлеске нет места безупречной «фарфоровой» красоте. Здесь правят бал ирония, гротеск и самоирония. Артистка бурлеска может быть пышкой с целлюлитом, она может нелепо споткнуться, её бюстгальтер может зажеваться, но именно это превращается в часть номера. В бурлеске несовершенство становится инструментом обольщения. Это карнавал, где король - шут, а принцесса - та, кто первой покажет язык моралистам.
Формат: Конферанс и «Стриптиз ума»
Структура представления то, что сразу выдает разницу между жанрами даже самому неподготовленному зрителю.
Кабаре шоу с большой буквы. Оно требует дорогих декораций, сложного света, хореографической синхронности (как в Moulin Rouge, где танцовщицы должны совпадать до миллиметра). Номера здесь отточены, как механизм швейцарских часов. Кабаре вертикаль: сцена высоко, зрители снизу. Артистка - объект поклонения.
Бурлеск горизонталь. Он часто проходит в формате «variety show» (варьете), где сцена находится практически на одном уровне с публикой, а между номерами обязательно выходит конферансье. Но если в кабаре конферансье таинственный рассказчик, то в бурлеске друг-подонок, который будет шутить про политику, спрашивать у бабушек в первом ряду, не замерзли ли они, и создавать атмосферу вечеринки у вас в гостиной, а не официального приема.
Более того, бурлеск принципиально не терпит синхрона. Там редко встретишь кордебалет из десяти одинаковых девушек (хотя бывают и такие номера). Ключевая единица бурлеска - сольный перформанс. Каждая артистка автор, продюсер, костюмер и режиссер своего номера. Её выход маленькая пьеса со своим сюжетом.
Техника соблазнения: Гвоздика и Банан
Разницу можно проиллюстрировать через двух главных икон этих жанров.
Икона кабаре - Жозефина Бейкер. Девушка в юбке из искусственных бананов, которая выходит на сцену театра Folies Bergère. Её танец дикая, первобытная энергия, но поданная через призму роскоши. Бейкер была музой художников, символом джаза и гламура. Она никогда не была смешной. Она была сенсационной.
Икона бурлеска - Дита фон Тиз. Современная королева жанра, которая вернула бурлеск из небытия в 1990-х. Вспомните её знаменитый номер с гигантским бокалом для мартини. Что она там делает? Она купается в гигантской рюмке. Это эстетично? Да. Но это также абсурдно, гиперболизированно и иронично до предела. Её «номер с веером» цитата, пародия на классическое кабаре, доведенная до абсолюта.
Дита фон Тиз не просто раздевается - она рассказывает историю. В бурлеске обязательно должен быть сюжетный поворот. Ты можешь выйти в образе уборщицы, которая случайно нажала на кнопку пульта, сломала пылесос и в процессе починки лишилась униформы. Или изображать космонавта, который ищет жизнь на Венере. В кабаре такой свободы «бытового» или «комического» контекста нет. Там царит мифологизация: ты - лебедь, ты - богиня, ты - экзотическая птица.
Одежда и её отсутствие: Эстетика и Контекст
С точки зрения визуальной эстетики, граница тоже проходит отчетливо, несмотря на кажущуюся схожесть костюмов (перья, стразы, корсеты).
- В кабаре костюм произведение ювелирного искусства. Его цель - скрыть процесс раздевания. Танцовщицы Crazy Horse славятся тем, что их выход часто состоит из игры с лучами света, где одежда фактически светотень. Раздевание там ритуал, приближающий к идеалу.
- В бурлеске костюм реактивный снаряд. Он создан для того, чтобы эффектно слететь. Бурлеск-артистки - виртуозы расстегивания молний и работы с застежками. Но главное так называемые pasties (кисточки на сосках) и g-strings. В кабаре обнажение почти всегда остается за кадром или подается через полупрозрачные ткани; там больше ценят «недосказанность». В классическом кабаре полное обнажение (фронтальная нагота) долгое время было под запретом или жестко регламентировалось (статичность).
Бурлеск же законодательно легализовал право быть голым, но… добавил к этому пунктик. В бурлеске стриптиз лишь инструмент, а не цель. Номер может длиться 5 минут, а финальное снятие лифчика произойдет на последней секунде под удар тамтамов, и зритель аплодирует не столько телу, сколько виртуозной интриге.
Современность: Слияние или война?
В XXI веке эти жанры неизбежно столкнулись. Появилось такое понятие, как neo-burlesque, которое впитало в себя эстетику кабаре, цирка, драг-перформанса и даже хоррора. Сегодня вы можете прийти на «бурлеск-шоу», где девочки синхронно танцуют канкан (классическое кабаре), а следом выступает панк-артистка, которая жонглирует горящими факелами и срывает с себя корсет под индастриал.
Главное же отличие, которое остается неизменным, атмосфера и вовлеченность.
Кабаре держит зрителя на почтительном расстоянии. Там действует правило «смотри, но не трогай». Бурлеск же рушит «четвертую стену» в кровь. В хорошем бурлеск-клубе зрители кричат, свистят (в XIX веке это было обязательным условием одобрения), кидают на сцену доллары, а артистка может спуститься в зал и выпить чей-то коктейль.
Вердикт: Что выбрать?
Итак, если вы хотите ощутить себя частью высшего света, окунуться в атмосферу «Мулен Руж», увидеть отточенную хореографию, услышать живой джаз и насладиться эстетикой роскоши, где всё блестит, как бриллианты, - вам в кабаре.
Если же вы хотите посмеяться от души, стать соучастником перформанса, увидеть, как сексуальность играет с условностями, как артистки выходят на сцену с живыми утками, тачками или гигантскими тортами, и если вы готовы к тому, что идеальные тела будут танцевать рядом с телами «с изюминкой» (и это будет чертовски горячо), - ваш выбор бурлеск.
- Кабаре мечта, спрятанная в блестках.
- Бурлеск правда, рассказанная через шутку.
И только на стыке этих двух стихий рождается та самая магия, ради которой гаснет свет в зале и учащенно бьется сердце. Потому что, по большому счету, какая разница, как называется жанр, если после финального аккорда вы ловите себя на мысли, что забыли, как дышать?
Об авторе
